Пресса Индера

“Алхимический фонарь” 

Старейшее периодическое печатное издание Индера. Родилось из первой, очень опасливой попытки сделать часть алхимических изысканий - публичными. За время своего существования претерпел многое и закрытие, и упразднение, и жесткие декреты цензуры. Но это не помешало добиться не малого: репутации самого уважаемого и значимого издания Индера.  

“Фонарь” - некогда, начавшийся скорее как брошюра, когда-то лелеял надежду сделать достоянием всех выдающиеся достижения Алхимических лож. Но все время своего существование сталкивался с крайне скептичным отношением к этой части своей миссии. Став скорее площадкой для молодых и бунтующих представителей научного сообщества, отвергающих закрытость и тайну старых порядков. Буквально после третьего своего издания, Фонарь был закрыт по самой банальной причине: на продолжения деятельности не было средств. Печать стала стоить баснословно дорого. Разрешить ситуацию удалось за счет формирование небольшого фонда, собранного немногочисленными, но пылкими сторонниками. И уже с опорой на него “Фонарь” стал принимать более знакомую форму, став периодическим изданием более чем на две страницы.  

В эру Расцвета “Фонарь” вошел крайне болезненно - он был упразднен. В нем видели символ “разнузданности научных устремлений” и “вседозволенной бесконтрольности”. Конечно, такое решение властей Индера, и тех, кто в действительности за ним стоял в рядах консервативного крыла Церкви, вызвало реакцию. И на удивление крайне бурную и жесткую. По мимо подъёма самостоятельных изданий, “Фонарь” так же смог вернуться. Хоть и принять “некоторые” ограничения, в виде наблюдательного совета, который давал оценку статьям перед публикацией. А возникшая и возросшая конкуренция заставила сместиться в более публичную плоскость, придя к фактическому разделению издания, и отход от сосредоточенности только на научно-публицистической деятельности.  

Со временем редакция вступала во все более возрастающую конфронтацию с наблюдательным советом, в виду все более жесткого и патерналистского подхода последнего. И в период установления “Безумной Коалиции” Рихарда Тоневана став фактически крайне жестким цензором, так как основная аудитория “Фонаря” из числа “старой элиты” принимала его правление в штыки.  

Так Фонарь и дожил до сих дней. Завоевав репутацию крайне элитарного издания в первую очередь за счет своей приближенности к Алхимическим ложам и широкому освещению научных достижений. Издание выходит трижды в неделю, и имеет два вида подписки на себя. Первое предусматривает получение выпусков начала и середины недели. Где примерно половина выпуска посвящена обзору научных изысканий или анонсам обширных статей, включая аналитические, на выпуск конца недели. Вознесенский выпуск, третий, выходящий в последний день недели, представляет из себя уже полноценный журнал, с числом страниц уверено перешагивающих за пять десятков. Посвящен глубокому и обширному анализу научной деятельности, ну и некоторому обзору политической и экономической деятельности с глубокой аналитикой. Именно за счет этого финального недельного выпуска, Фонарь окончательно и приобрел нынешнюю репутацию.  

 

 

“Индер Трибьюн” 

Газета возникла в бурные тридцатые годы. Когда в Индере пытались навести определённые порядки, и с этой целью взять под контроль или упразднить тех, кто под них не встал. В реакцию на эти действия, Викент Лейтрит, достаточно молодой и крайне состоятельный иноземец перебравшийся в Индер, и создал данное издание. Определённая репутация, состояние, а также равноудаленность и независимость от всех привычных центров влияние и власти города, позволила ему занять это положение. Но в первую очередь конечно же состояние, даже по меркам Индера крайне обширное.  

Выросший на многочисленных рассказах, и полумифах о завоеваниях научной мысли, невиданных открытиях и воплощении всех мечтаний, Викент имел крайне специфическое представление об Индере. Которое не сильно изменилось даже когда он столкнулся с реальным положением дел и жизни в нем. Скорее став из представления что “это есть”, в то, что “я сумею достичь!” Так, из филантропского начинания этого человека и возникла “Трибьюн”.  

Получив не малое финансирование, собрав под своим крылом крайне ярких и достаточно талантливых людей, прочувствовавших идеи своего мецената, первая редакция газеты сформировала достаточно жесткие рамки для своего существования и работы. В первую очередь сосредоточенные на качестве того, что они воплощали. Не будучи обременёнными необходимостью заботиться о коммерческой состоятельности, они могли позволить себе колоссальную редкость: независимость. И именно это как полагают многие (особенно читатели “Трибьюн”), обеспечило ей победу в газетном противостоянии последовавшим после упразднения “Фонаря”.  

Конечно, с тех золотых лет рождения мило многое. И после ухода её первого бессменного главного редактора Николоша Дана, изменения были неизбежны. Во времена “второй” и тем более “третьей” редакции, следовать изначальным идеалам становилось все сложнее. Хотя конечно же дух тех первых дней все еще живет в стенах газетной редакции и на её страницах. Несмотря ни на что “Трибьюн”, все еще остается крайне уважаемым новостным ежедневным изданием. Несколько оскудевший, но все же приличный фонд, оставленный ей Лейтритом, позволяет бать коммерчески независимой, выделяя под рекламу лишь последнюю страницу.  

Самым неприятным пятном, стали времена “Безумной коалиции”, когда идеи и устремления начавшие набирать обороты в Индере захватили и редакцию газеты. Вступив в определённое противоборство с её “идеалами редакционной политики”. Многие указывают что о нейтральности с тех пор можно позабыть. Второй проблемой стало недавно разразившееся противостояние с “грошовым профсоюзом”, неизбежно затронувшее и это ежедневное издание.  

Ныне “Индер Трибьюн” воплощает дух независимого, насколько это возможно в современном Индере, новостного издания. “Голоса”, раздающиеся с её страниц, все еще звучат достаточно громком и заметно что в высоких кабинетах Сен-Женевьера, так и в увеселительных заведений Блюлили и среди добропорядочных жителей Нью-Сити.  

 

 

“Дейли Тайм” 

Одна из многих газет, возникших в тридцатые годы, одна из не многих сумевших дожить до наших дей. И не только дожить, но и стать самой читаемой. Во всяком случаи нет ни одного издания, расходящегося таким обширным тиражом, так что кто-то же читает. Ведет яростную компанию в завоевании сердец обитателей Энд-Энда в противостоянии с “Факелом”, хотя последнему об этом ничего не известно, а грамотность Энд-Энда остается примерно на тех же позициях что и сам район.  

Ну а если отнестись несколько серьезнее, к изданию, которое само позволяет себе быть не серьезным. “Дейли” выдержала гонку с добрым десятком конкурентов и выжила. Не имея за собой широкой поддержки крайне состоятельных слоев, или же баснословно богатого спонсора. Начинание двух друзей Пола Новерта и Стэнли Бэкхама, родившееся на улицах Нию-Сити (где главная редакция обитает и до сих пор), не без перипетий сумело завоевать себе право на существование. Именно “Дейли” первая почувствовала всю глубину коммерческой жилы рекламы. В сочетании с немного скандальной и юмористической подачей первых дней, она сумела завоевать себе пространство и немало обогатить своих создателей.  

Конечно же рост, и выход на все большие слои общества заставил газету быть гибкой. Но тот веселый и скандальный дух так и не канул в небытие с её страниц. Он не так часто угадывается в строках, но право слово, когда после новостного очерка с выступлением одного из городских префектов идет врезка чистящих средств для ушей, сложно не понять.  

Репутация “бульварной” газеты, для той, что создала самое понятие такого распространения, не сильное ограничение. Да на её страницах соседствуют политические выступления и реклама средств очистки и фильтрации воды, воззвания Церковных иерархов и не сильно завуалированные картинки рекламы заведений с улицы “Голубых лилий”. Самые веселые шутки с последней страницы, и первые мини рассказы в картинках для тех, кому сложно даются буквы. “Дейли” для каждой, “Дейли” для всех! 

Коммерческая ориентация газеты сыграла с ней определенно злую шутку. Стремления оставаться не только на плаву, но и проносить доход заставила искать как способы приумножить доход, так и варианты всевозможной экономии. И одним из таких был, все более ужесточаемая практика выплат газетным-мальчишкам. У всего бывает конец, так и здесь он наступил внезапно. Ватаги этих ребят с улиц объединились в профсоюз, начавший отстаивать свои права. И если по началу это вызывало лишь шутки. И некоторую толику умиления даже на страницах самого издания. Теперь, когда эта борьба охватила уже очень многие улицы, и перекинулась на другие издания вроде “Трибьюн” и “Феи”, оно более не выглядит таким же степенным и приемлемым. А “Дейли” кажется даже проигрывает в нем.  

 

 

“Голубая фея” 

Самое молодое издание из числа крупных и заметных игроков прессы Индера. Рождённое в огне костров самых жутких ночей Индера. Оно все еще несет на себе отпечаток тех дней. Источником появления “Голубой феи”. Тогда конечно же именовавшейся несколько иначе. Были быстро и дешево печатаемые брошюрки, с оперативным известиями о происходящем в городе. Не редко приукрашиваемым. Конечно же, когда буллой Первоиерарха это все было остановлено, казалось, и жизнь этих страничек оборвется. Но, из пепла минувших дней. Перебравшись на улицу “голубых лилий” и сменив наименование, те кто отвечали за их изначальное, появления продолжили свою деятельность.  

Прекрасно понимая, что выдержать конкретную борьбу с той же “Дейли” за рекламных т коммерческих спонсоров не выйдет, пришлось делать ставку на дешевизну печати и самый живой интерес публики. Нет более пленительных и невероятных историй, чем печатаемые на страничках “Феи”. Если новость минула “Фонарь”, “Трибьюн” ограничилась кратким упоминанием в абзац, а “Дейли” небольшой врезкой разбитой рекламой новых “кукол”, “Фея” воплотит это во всем великолепии. С самым пикантными или жуткими подробностями. Самые захватывающие и невероятные истории будут именно здесь. Начиная с никогда не произносимых слов, и завершая самыми невозможными событиями. Все из них будут в подробности освещены и запечатлены.  

Подобных подход сыскал свою аудиторию. Ну а дешевизна газеты, открыла ей доступ повсюду. Как заверяется на страницах самого издания, инвестиция в неё грошика, будет куда выгоднее чем передача её грошовой страже. Ну а рассказывающие статьи на её желтых страничках дешевой бумаги, поведают вам все подробности о культах вашантатов в Нью-Сити, безумцах Оракула из подземного города, сговоре Монад тайно правящих городом до прочих кажущихся невозможными но вполне реальных событий в Индере.  

Сочетание таких подходов позволило “Феи” существовать и даже развиваться. До начала кризиса с газетными мальчишками. Цепочка событий запущенная алчностью управляющих “Дейли” привела к тому, что “Фея” могла просто сгинуть разорившись. Такая ситуация заставила появиться новому направлению деятельности для её творцов. Небольшие жуткие рассказы, стали распространятся, сыскав недюжинный интерес среди широкой публики. “Ужасы Мотентата”, с первого своего выпуска заставившие биться трепетные девичьи сердца. Не отпускают их до сих пор в ожидании тринадцатого издания. Или же невероятные “Дневники Хигса” повествующие о невероятных и ужасных злоключениях в самых темных и мрачных уголках Индера, что так будоражат кровь всякого. Выход третьего тома сразу по горячим следам инцидента в “Маяке Радости”, так и вовсе принес невероятные деньги по меркам “Голубой Феи”.  

Так, из небольшой брошюрки, и заштатной бульварной газетки, “Голубая фея” вновь преображается в нечто новое и имеющее шанс выжить. С преданными поклонниками, чтящими их творчество и работу, кажется они смогут удержаться в этой бурной и беспощадной действительности Индера.